Вершиной в развитии домарксистской диалектики была идеалистическая диалектика Гегеля. Гегель «впервые представил весь природный, исторический и духовный мир в виде процесса, т. в беспрерывном движении, изменении, преобразовании и развитии, и сделал попытку раскрыть внутреннюю связь этого движения и развития» . В отличие от абстрактных определений рассудка диалектика, по Гегелю, есть такой переход одного определения в другое, в котором обнаруживается, что эти определения односторонни и ограниченны, т.
В то же время, данные моменты необходимо сменяют друг друга и превращаются один в другой в каждом цикле движения. Без этого Солнечная система не могла бы ни возникнуть, ни существовать. Таким образом, https://www.finversia.ru/publication/izdatelstvo-dialektika_9529 диалектическое противоречие реализуется не на поверхности явлений, а в сфере сущности. Зато в мире нет и не может быть реальных явлений, которые не содержали бы в себе единство противоположностей.
Этот результат соответствует традициям диалектики; но мы вынуждены признать элементы новеллы в его выведении, поскольку у Гегеля и в марксизме специфика диалектического противоречия не до конца прояснена. Против этой мысли, собственно, нечего возразить – хотя я лично думаю, что диалектическое описание развития науки не всегда применимо без насилия над фактами и что лучше описывать развитие науки менее амбициозным и расплывчатым образом, например, в терминах теории проб и ошибок.
как «науке опытной», понимаемой в качестве «пути» к самой реальности и самим вещам, имеющей отношение к досознательной основе бытия (Там же. С. ). Многообразие форм диалектического мышления, использование термина «Д.» в качестве обозначения различных способов логической аргументации, метода познания бытия, характеристики самого бытия и опирающихся на принципы Д. отдельных направлений философской и богословской мысли делают весьма трудной проблему определения Д.
В последнем случае, очевидно, возникает непредвиденная ситуация. Однако https://www.profinance.ru/ настолько расплывчата и растяжима, что может истолковать и разъяснить эту непредвиденную ситуацию так же замечательно, как и ту ситуацию, которая была предсказана ею, однако так и не осуществилась. Любое развитие можно подогнать под диалектическую схему, и диалектик может не опасаться опровержения будущим опытом. Как уже упоминалось, ошибочен не просто диалектический подход, ошибочна сама мысль о теории исторического развития,- представление, согласно которому целью научной социологии являются крупномасштабные исторические прогнозы. Однако в данной статье мы не рассматриваем эту тему подробно.
А.» для Энциклопедического словаря он писал, что «развиваемое им мировоззрение строится контрапунктически, из некоторого числа тем миропонимания, тесно сплоченных особою диалектикою…» (Т. 1. С. 38). Возникшая под влиянием идей Платона, Канта и Соловьёва «особая диалектика» свящ. Флоренского, с одной стороны, была тесно связана с правосл. богословием и разрабатываемой самостоятельно философией имени и культа, с другой – с учениями совр.
на отрицательную и положительную в качестве познания предмета мысли посредством отрицаний или утверждений выражает скорее техническую и формальную сторону диалектического процесса мышления, нежели содержательную. Несмотря на наличие многих противоречий, и несоответствий в утверждаемых положениях, работу А.А. Ивина можно рассматривать как еще одну интерпретацию диалектики – диалектика как стиль мышления коллективистического общества.
содержат отрицание самих себя. Поэтому диалектика есть, согласно Гегелю, «движущая душа всякого научного развёртывания мысли и представляет собой единственный принцип, который вносит в содержание науки имманентную связь и необходимость…».
и диалектического мышления Платона, Плотина и Прокла. Флоренский в своих философско-богословских построениях опирался на Д. как на универсальный интуитивно-дискурсивный метод познания, способ соединения https://www.rbc.ru/ антиномии единого и многого, небесного и земного, божественного и человеческого, как на «единственный христианский – смиренный – путь рассуждений» (Т. 3. Ч. 1. С. 141); в автореферате «Флоренский П.
править код]
Но одно дело признавать ее на словах, другое дело — применять ее в каждом отдельном случае и в каждой данной области исследования». «Для диалектической философии нет ничего раз навсегда установленного, безусловного, святого.
Я готов допустить, впрочем, что это мое замечание не имеет большого значения. Реальность, однако, такова, что Марксов прогрессивный и антидогматический взгляд на науку на деле никогда не проводился ортодоксальными марксистами. Прогрессивная, антидогматическая наука критична, в критике – сама ее жизнь.
Можно назвать и имена ученых, которые, не будучи связанными обязательством «диалектически обрабатывать» свою отрасль знания, фактически становились на почву диалектики. Приведем в этой связи имя выдающегося отечественного биолога-эволюциониста и генетика С. Четверикова, который в сделавшей эпоху статье «О некоторых моментах диалектика эволюционного процесса с точки зрения современной генетики» подчеркивает взаимодействие некогда противостоящих концепций дарвинизма и менделизма. Не одна физика рождала в это время диалектику в ее наиболее аутентичных формах. тию системы материалистической диалектики от замкнутой телеологической системы Гегеля.
- Отличие Маркса и Гегеля в решении поставленных выше вопросов — эго отличие открытой, способной к дальнейшему развитию системы Маркса от замкнутой телеологической системы Гегеля.
- Процесс познания у Гегеля заканчивается абсолютным тождеством, познанием идеей самой себя, возвращением в идею, тогда как у Маркса познание оказывается возможным лишь на основе и с точки зрения более высокой ступени развития, возникающей в результате снятия противоположностей, как их диалектический синтез.
- Эта более высокая ступень в развитии познания у Маркса возникает, таким образом, на основе развития и разрешения противоречий менее высокой ступени развития, тогда как у Гегеля или у Фихте она оказывается существующей от века.
Процесс познания у Гегеля заканчивается абсолютным тождеством, познанием идеей самой себя, возвращением в идею, тогда как у Маркса познание оказывается возможным лишь на основе и с точки зрения более высокой ступени развития, возникающей в результате снятия противоположностей как их диалектический синтез. Легко заметить, что усмотрение существования отражения в отношениях противоположностей противоречия тотчас приводит к пониманию различия в структуре разрешения противоречия в материалистической и идеалистической формах диалектики. ческого и практического кризисов науки. С этим же связано за версту отдающее кантианством разведение основного вопроса философии и учения о диалектической противоречивости. Наконец, оно давало повод для довольно поверхностной критики таким образом представленной диалектики.
Но марксисты никогда не отличались терпимостью к критике марксизма, диалектического материализма. Пророчество, конечно же, не должно быть обязательно ненаучным, о чем свидетельствуют предсказания затмений и других астрономических событий. Однако гегелевская диалектика, включая ee материалистическую версию, не может служить надежным основанием для научных прогнозов.
На всем и во всем видит она печать неизбежного падения, и ничто не может устоять перед нею, кроме непрерывного процесса возникновение и уничтожения, бесконечного восхождения от низшего к высшему. Она сама является лишь простым отражением этого процесса в мыслящем мозгу». Таким образом диалектика, по Марксу, есть «наука об общих законах движения как внешнего мира, так и человеческого мышления». С именем Лосева, в жизненном пути к-рого любовь к самостоятельным диалектическим построениям тесно переплелась с любовью к античности, связана новая глава в истории понимания Д. Лосеву принадлежит непревзойденный анализ античной Д.
Но пока предмет «жив», противоположности в нем как-то опосредуются в пространстве и времени. Поэтому нельзя сказать, иначе как поэтически, что планета в своем движении по эллиптической орбите непрерывно падает на Солнце и непрерывно же удаляется от него.
Но это развитие происходит не из самого себя, а из развития общества. Истрия философии и ее Логика здесь совпадают в категориях «логического» и «исторического». Поэтому Энгельс в статье «О диалектике» указывал, что лучший способ постижения теоретического мышления (и прежде всего диалектического мышления) — это изучение всей предшествующей философии. Это ни в коем случае не «скрещивание», «смешивание» (и т.п. механические процессы) философских концепций, но их критическое понимание (переработка) с точки зрения развития форм общественного сознания на основе действительной практики развития социума (в науке, технике, искусства и т.п.). В соответствии с данной целью определяются две задачи и два значения стоической диалектики.
и классификации ее основных типов. Так, ставшее почти традиц. на субъективную и объективную, проведенное с редкой тщательностью и полнотой Г.
По его мнению, общим в диалектике Гегеля и Маркса является их историографическая сущность. Для обоих мыслителей диалектика выступает как истинная история развития человечества. Ивин оценивает «ядро» диалектики – закон единства и борьбы противоположностей «как сочетание коллективистической твердости ума с его софистической гибкостью. Результатом ее применения к осмыслению социальных процессов является двойственность, мистифицированность социальных структур и отношений» [5, С. На наш взгляд, такая возможность в «классических истолкованиях» диалектики отражается через категорию «отчуждение».
ему математической логики, лингвистики, философии жизни, феноменологии и «понимающей психологии» (в частности, с учениями https://www.google.com/search?q=диалектика о прерывности, актуальной бесконечности, символе, феномене, «вчувствовании», «вживании»). Уже в ранних сочинениях свящ.
Гегелем, неразрывно связано с новоевроп. концепцией сознания и не может быть перенесено на античную или совр. без соответствующих коррективов и дополнений, принятие к-рых делает использование терминов «субъект» и «объект» лишенными их исконного смысла.
Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания
1) Диалектика как теория познания; ее задача — определение критерия истины. Для чувственного познания таким критерием выступает «схватывающее представление» (καταληπτικὴ φαντασία), на основе которого возникает истинное суждение. Признаком истинности научного знания становится его логическая доказуемость, возможность которой определяется представлением стоиков о космосе как едином и согласованном, все суждения о котором также должны быть согласованы друг с другом. 2) Диалектика как логика, или наука о правильном мышлении; ее задача – разработка учения об умозаключении и доказательстве (силлогистика). И хотя стоическая силлогистика сформировалась под влиянием «Аналитик» Аристотеля и модальной логики Мегарской школы, она может рассматриваться как оригинальная логика высказываний, отличная от логической теории родо-видовых отношений Аристотеля.
